Сибирь, одиночный сплав на каноэ, Sibérie, voyage solitaire en canoë


13 августа 2016 года я отправился в одиночный сплав на лодке, называемой здесь “калданкой”, сделанной руками моего друга Андрея Хатанзеева. Пять досок, три сосновых и две тополиные, сколоченные простыми гвоздями и покрытые сосновой смолой, - на постройку у него ушло два дня. Андрей приготовил её для себя, чтобы по осени отправится стрелять уток на озере в нескольких километрах от его дома. Но потом решил подарить её мне. “Я себе другую сделаю, давай, бери без разговоров. И не вздумай пытаться дать мне за неё денег, я выброшу их в окно машины и всё улетит в лес. Не надо попусту”, - в уголках его губ мелькнула улыбка. 

И вот на берегу Андрей, его отец Афанасий и брат Алексей, мои друзья Дима и Костя, с ними куча местной детворы; все собрались, чтобы помочь мне дотащить лодку со всеми вещами и попрощаться. В местном магазине мне попалась бутылка так называемого “шампанского” “Золотая Франция”. Я стукнул горлышком о борт и пластиковая пробка юрко выскочила. Мы разделили шампанское и обнялись на прощание. Они долго смотрели мне в след, а я наблюдал как берег, на котором я оставил друзей, все удалялся, оставляя меня на едине с моей грустью. 

И вот сейчас, спустя месяц, когда я пишу об этом, мне вспоминается плеск вёсел по спокойной черной воде и необыкновенный аромат реки, в которой так мало течения, что она благоухала, как озеро, высокой травой и илом. Или когда рано по утру сотни рыбок плескались у поверхности воды, оставляя круги и отблески, мелкие вибрации, сливающиеся в песню красоте и жизни. 

Закрывая глаза я вижу тех двух девочек манси, купавшихся в ещё теплой августовской воде неподалеку от деревушки где жила только их семья со старым дедушкой, помню их смех и игру, естественную и грациозную. 

Вижу хмурое лицо того низенького охотника и рыбака, наполовину хантыйца, наполовину русского, как он звал меня на чай в свой домик из бревен и угощал рыбой, копченой на свежесрубленных берёзовых поленьях. Помню, у него были такие светлые голубые глаза, с хитринкой и добротой, когда он сидел напротив меня, облокатившись на стол, рассказывая о своём житье. 

Закрывая глаза я вспоминаю тот момент, кажется, третий день сплава, когда я остановился на каком-то пляже, чтобы передохнуть, и увидел свежие медвежьи следы, как медленно попятился назад с выпрыгивающим сердцем, следуя человеческому инстинкту уважать чужую территорию. 
Когда я закрываю глаза, вспоминаю последнюю ночь этого путешествия, как плыл без остановки с сумерек до самого утра, преодолев расстояние от поселка Базентур до Берёзово. Та ночь, освещённая мириадами звёзд и полной луной, когда невозможно было различить воду и небо, ни ощутить вес собственного тела, ни, как мне казалось, жизни, и вот я 
плыл, будто один во всей вселенной. 

Отправившись из Саранпауля я добрался до Берёзово 21го августа, что составляет около трехсотпятидесяти километров водного пути по рекам Ляпин и Сосьва. Иногда мне приходилось сплавляться по 12 часов в день и при свете луны. 

Это было одно из самых запоминающихся путешествий по тайге, дополненное впечатляющей мощью реки. Каждую ночь я разбивал лагерь в лесу и натягивал тент, где, перед тем как лечь спать  старался сжечь побольше берёзовой коры, чтобы спастись от комаров. Все пропитание я добывал рыбалкой, что было особенно легко при всем изобилии местных рек.
Ниже вы найдете несколько фотографий и видео из этого путешествия.
Я хотел бы выразить благодарность всем, кто помог мне организовать это путешествие. Спасибо за вашу помощь и советы.


Je suis parti le 13 août 2016 en solitaire, dans un canoë en bois traditionnel appelé "Kaldanque", que m'a offert mon ami Andreï Ratanziaev, fabriqué de ses propres mains. Cinq planches, trois de pin et deux de peuplier, assemblées avec de simples clous et recouvertes de goudron de pin. Il a mis deux jours à le fabriquer. Deux jours plein. Il l'avait construit pour aller tirer les canards à l'automne, sur un lac à quelques kilomètres de chez lui. "J'en construirai un autre, prends-le, allez ne discutes pas et ne t'avise surtout pas de me donner de l'argent, je jetterai les billets par la fenêtre de la voiture et ils s'envoleront dans la forêt. Ça serai dommage." Il avait un petit sourire au coin des lèvres. 

Sur la berge, Andreï, Affanassi son père, Alexeï son frère, mon ami Dima et Kostia et quelques enfants, étaient là pour m'aider à porter le bateau et mes affaires et me dire "au revoir". J'avais trouvé une bouteille de faux champagne mousseux à la boutique du village, appelée “Золотая Франция”,  France dorée, je l'ai tapé sur le bois du bateau, fait sauter le bouchon en plastique avant de la tendre à tous. On s'est pris dans les bras et ils ont regardé mon départ. J'avais dans mon coeur de la mélancolie en regardant mes amis sur la berge. 

Lorsque j'écris à l'instant à propos de ce voyage, plus d'un mois après l'avoir vécu, vient à mon esprit le bruit de la rame dans l'eau calme et noir et cette odeur de rivière où il y a si peu de courant qu'elle prends des senteurs de lac, d'herbes hautes et de vase. Vient aussi à mon esprit ce moment où tôt le matin, des poissons par centaines jouaient à la surface de l'eau, laissant des cercles, des vibrations, et des reflets, emplissant l'espace de beauté et de vie, comme une parole, un chant fait de signes. 

Lorsque je ferme les yeux, je vois aussi ces deux jeunes filles Mansi qui se baignaient dans l'eau encore chaude du mois d'août et riaient en jouant, pleines de grâce, près d'un hameau où ne vivaient plus que leur famille et un vieille homme. 

Lorsque je ferme les yeux, je vois le visage bourru du petit chasseur-pêcheur à moitié khanti et à moitié russe, qui m'invitait à boire le thé dans sa maison de rondin et qui m'offrait du poisson fumé au bois vert de bouleau. Je me rappelle de ses petits yeux bleus très très clair, pleins de malices et d'humilités, lorsque assis en face de moi, accoudé à sa table il me racontait un peu de son quotidien. 

Lorsque je ferme les yeux je me souviens de ce jour, le troisième je crois, où je me suis arrêté un instant sur une plage voulant me reposer avant d'apercevoir qu'elle était pleine de traces d'ours fraîches, reprenant rapidement chemin, le coeur battant, me rapportant à mon instinct humain de respecter un territoire où je n'ai pas lieu d'être. 

Lorsque je ferme les yeux je me rappelle cette nuit, lors du dernier jour de ce voyage où j'ai navigué depuis le crépuscule jusqu'au levé du jour, depuis Banzetour jusqu’au camp de Sorni Seïn près de Berezovo. Reste dans mon coeur cette nuit pleine d'étoiles et de grande lune, où je naviguais sans ne plus vouloir différencier le ciel et la rivière, sans pouvoir sentir le poids du corps ni celui de la vie, avançant comme mort dans l'univers. 

Depuis le village de Saranpaul, j'ai navigué ainsi jusqu'à Berezovo, quelque trois cent cinquante kilomètres par la rivière Liapkin puis Sosva, naviguant parfois plus de douze heures dans la journée. Je suis arrivé le matin tôt à Berezovo le 21 août, après avoir navigué toute la nuit grâce à la lune, comme j'ai pu le décrire. 

Ce voyage est l'une des plus belles expérience que j'ai pu vivre en pleine Taïga, accompagné par la force de la rivière source de vie. Pendant tout le voyage j'ai passé chaques nuits dans la forêt avec un campement de fortune improvisé d'une bâche que j'essayais de fermer le plus possible, en faisant brûler et fumer quelques écorces de bouleaux avant de m'endormir, pour qu'il y ai un peu moins de moustiques pendant la nuit. 
J'ai été autonome grâce à la pêche, sans aucune difficulté grâce à l'abondance des poissons. 

Voici quelques photographies et vidéos illustrant se voyage. 

Je souhaite remercier tout ceux qui m'ont permis de faire ce voyage grâce à leur aide où leurs conseils.































































Posts les plus consultés de ce blog

Prochaine immersion en Laponie

Liste matériel expéditions hivernales

2-е издание Длительное зимнее Погружение в Лапландии